Крупнейший страховой случай в новейшей истории банковской системы России стал главной интригой последних дней. Сумма, подлежащая возмещению вкладчикам банка «Югра», оценивается в 170 млрд рублей. Вмешательство Генпрокуратуры, потребовавшей отменить приказы Центробанка о введении в «Югре» временной администрации и моратория на удовлетворение требований кредиторов, не имеет прецедентов.
Удовлетворение протеста прокуратуры маловероятно. Во-первых, потому что временные администрации, санации и громкие банкротства крупных банков уже были (вспомним Банк Москвы, «Траст», «Пересвет», Внешпромбанк, Татфондбанк и др.). А во-вторых, курс нынешнего руководства Банка России на вывод с рынка недобросовестных участников был поддержан на самом высоком уровне.
Теме не менее представим, что будет, если случится чудо: ЦБ возвращает полномочия прежнему руководству банка, работа временной администрации прервана, сама она из банка выведена, «Югра» возобновляет свою деятельность.
В первую очередь забеспокоятся клиенты. Более половины (53–55%) всех пассивов банка — это вклады населения. Если возникнет первый в истории прецедент остановки выплат АСВ вкладчикам, они гарантированно побегут срочно изымать деньги. Как показывает опыт, крупный универсальный банк может пошатнуться после единовременной утраты 10–15% пассивов. Размер ликвидных активов «Югры» на 1 июля 2017 года, доступных в течение одного дня, составил 11,8 млрд рублей, доступных в течение 30 дней — 12,1 млрд рублей. Для сравнения, банки-агенты АСВ только за 1 день с начала выплат выдали более 10 млрд рублей вкладчикам. Это значит, что запас прочности банка — чуть более одного дня.
Согласно отчетности, на которую указывает прокуратура, банк «Югра» обладал минимальной устойчивостью к утрате капитала (на 1 июля 2017 года значение достаточности капитала Н1.0 банка составляло 9,31% при регуляторном минимуме 8%). При этом в портфеле банка была высока доля ссуд непубличным крупным заемщикам. По данным отчетности по МСФО за I квартал 2017 года, задолженность в размере около 153 млрд рублей приходилась на 26 заемщиков. Это 69% кредитного портфеля, или 59% валовых активов. Получается, что средний объем требований к одному такому заемщику выше потенциального убытка, который способен абсорбировать норматив достаточности капитала на последнюю отчетную дату (около 5 млрд рублей).
Долгое время банк был операционно убыточным и показывал прибыль только благодаря помощи акционеров. По той же причине банку удавалось соблюдать нормативы достаточности капитала на фоне начисления резервов по корпоративным кредитам. Например, в июне 2017 года банку пришлось досоздать резервы по ссудам предприятиям на 29,8 млрд рублей, еще почти 3 млрд рублей — по приобретенным банком правам требования. Избежать нарушения нормативов удалось только благодаря тому, что акционеры конвертировали в капитал обязательства по размещенным в банке субординированным кредитам на 24,6 млрд рублей.
Банк отразил в отчетности положительную переоценку акций на 9 млрд рублей, однако до июня этих бумаг даже не было на балансе. Это значит, что достоверность отчетности «Югры» может быть поставлены под сомнение. Тогда правильность действий ЦБ станет очевидной, тем более что даже по официальной отчетности банка его финансовое положение было не блестящим.
После выплат 10 млрд рублей в первый день и неизвестного объема средств в последующие дни пассивы банка сократились на эту сумму, но остались активы неясного кредитного качества. Выходом может стать предложение вкладчикам вернуть средства в банк, что малореально. Другой вариант — предложить АСВ забрать активы банка на эту сумму. Но активы непонятного качества против «живых» денег — не лучшая сделка и точно не в интересах бюджета. «Развернуть» все сделки, которые успела совершить временная администрация с 10 июля, также будет стоить очень недешево.
Независимо от того, на чью сторону встанет вероятный суд, репутация банка подмочена, и это станет очень серьезным препятствием к его дальнейшему развитию.