Вопреки учебникам
Поделиться
VK


Московские новости

Пока эксперты предрекали возврат к пустым полкам и дефициту СССР, российская экономика активно адаптировалась к новым, шоковым условиям своего существования. «Московские новости» узнали у главного экономиста «Эксперт РА» Антона Табаха, эксперта по экономике и финансовым рынкам, почему пессимистичные прогнозы ЦБ и аналитиков не сбылись в 2022 году и чего ждать в 2023-м.

Пока эксперты предрекали возврат к пустым полкам и дефициту СССР, российская экономика активно адаптировалась к новым, шоковым условиям своего существования. «Московские новости» узнали у главного экономиста «Эксперт РА» Антона Табаха, эксперта по экономике и финансовым рынкам, почему пессимистичные прогнозы ЦБ и аналитиков не сбылись в 2022 году и чего ждать в 2023-м.

Назло прогнозам

Начало специальной военной операции, последовавшие за ней антироссийские санкции и обвал рубля привели к крайне негативным прогнозам как у участников рынка, так и у регулятора. Так, пока пресса предрекала пустые полки в магазинах и возврат во времена дефицита СССР, Центробанк в конце апреля 2022 года заявил, что ожидает падение экономики на 8–10% и инфляцию в районе 20% по итогам года (основными причинами назывались перебои производства, нарушение цепочек поставок и снижение объема импорта в страну). 

С точки зрения Антона Табаха, пессимизм рынка и регулятора весной объясняется несколькими факторами. 

Первый из них то, что эксперты недооценили способность российской экономики к адаптации. На точках перегиба непонятно, куда развернется ситуация: весной 2022 года было неясно, будет ли сильное падение экономики или, наоборот, «выстрелит» инерция, которая придает ей стабильность. В 2022 году еще раз было подтверждено, что российская экономика довольно инерционна: именно это свойство не дало ей сильно провалиться в ковидные 2020–2021 годы и вытягивало ее в 2022 году. Напомню, в декабре ЦБ уже говорил о сокращении ВВП максимум на 2,9% и ожидал инфляцию на уровне 12% по результатам 2022 года. Вчерашние первые данные по годовой инфляции — 11,9%. 

Однако весной прошлого года такие показатели предсказать никто не смог, поскольку сыграл роль еще один дополнительный фактор. Аналитики, в том числе и те, которые работают в ЦБ, исходили из опыта — как собственного, так и пережитого старшими поколениями, и переносили его на ожидания от происходящего. У кого-то «плохо» — это кризис 2008 года, у кого-то — возврат к советским практикам. В итоге не произошло ни того, ни другого — и прогнозы не оправдались. 

Почему не упали 

Как поясняет эксперт, российскую экономику в 2022 году спасло то, что, во-первых, она рыночная, а во-вторых, не слишком сложная по своему устройству.

И от этого российская экономика во многом выиграла на фоне произошедших событий. Так, в 2022 году сложился очень хороший профицит торгового баланса. К этому привели в первую очередь высокие цены на экспорт: они позволили смягчить падение ВВП и сделать процесс трансформации экономики более мягким.

В итоге, несмотря на трудности в отдельных отраслях — например, к концу года стали «проваливаться» российские металлурги, а у сельского хозяйства в течение года возникали проблемы с экспортом, — те же нефть и газ, удобрения и химия были очень прибыльными весь год. При этом импорт упал как потому, что весной и потребители и бизнес затянули пояса, так и после добровольного ухода с рынка зарубежных компаний, санкций и возникших на их фоне сложностей с логистикой.

То есть валюта в страну притекала, но не утекала. Денежные потоки стали более подконтрольными: деньги в страну поступали от внешней торговли, но их отток по финансовым операциям был ограничен ЦБ. В сочетании с высокими процентными ставками это укрепило рубль. До конца года он был в лучшем положении, чем до февраля 2022 года, а крепкая российская валюта, в свою очередь, способствовала снижению инфляции. При этом понятно, что к четвертому кварталу импорт уже практически восстановился, а экспорт в этом году будет снижаться из-за мировой рецессии.

Перестройка отраслей 

Как отмечает эксперт, в 2022 году российская экономика начала больше задействовать внутренние ресурсы.

Мы наблюдали рост секторов, связанных с экспортом, и тех, кто получает финансирование из бюджета. При этом под удар попали сектора, где рулили иностранные бренды, а отрасли, где было много иностранного капитала, законсервировались. Хорошие новости в том, что открывать заново закрытые производства не так уж сложно. А еще проще сделать это в торговле — условно говоря, на месте закрытых магазинов многих сетей уже вовсю работают местные или азиатские аналоги. Такое переформатирование бизнеса к тому же создает новые или восстанавливает рабочие места, что также идет на пользу экономике. Кроме того, в контексте того, что рабочей силы стало сейчас меньше — на фоне мобилизации и релокации, а также снижения числа трудовых мигрантов, — зарплаты будут выше.

Именно поэтому прогнозы тех, кто пугал в начале года пустыми полками в магазинах, как в Советском Союзе, не сбылись и вряд ли сбудутся.

Многие боялись, что потребители столкнутся с дефицитом, однако прошлый год показал, что такой сценарий россиянам не грозит. После шока, который российская экономика пережила в 2022-м, выяснилось, что она достаточно адаптивна. Очень многие вещи стали дороже, поставки их — медленнее и сложнее, но они все равно есть. Именно это — разница между советской «плановой» и рыночной экономикой, пусть и с сильным госучастием.

Если мы посмотрим на ожидания от 2023-го, то увидим снижение доли экспортных отраслей из-за ситуации в мировой экономике и расширение отраслей, получающих бюджетное финансирование. Мы также увидим все большее замещение иностранцев, которые ушли с российского рынка. Это замещение не всегда самое эффективное и самое оптимальное, но оно есть.

Как отмечает эксперт, по сравнению с тем, что было 30 или 40 лет назад, структура мировой экономики изменилась. И именно поэтому санкции работают хуже, чем задумывалось. 

Оказалось, что очень многие технологии — не монополия, которая принадлежит, например, США и европейским компаниям. Такими технологиями в сфере потребительских товаров владеет достаточно большой пул компаний и стран, поэтому санкции этого сектора практически не коснулись. Бренды, которые ушли с российского рынка, замещаются сейчас теми, кто производит свою продукцию часто на тех же фабриках. Поэтому замена европейского товара на турецкий или китайский особо никого не затронет. В отличие от более сложных товаров — например, ИТ и тех, что связаны с технологиями. Здесь при замещении возникают проблемы с качеством.

Сфера, в которой Запад остается абсолютным лидером в широком смысле, — финансы. Альтернативы банковским решениям — той же системе SWIFT — есть или разрабатываются, но их использование пока неудобно, дорого и сложно. Однако главное в том, что альтернативы «санкционным» товарам и сервисам можно найти, хоть это и не всегда удобно и дешево, как было раньше. Таким образом, с одной стороны, появились новые рынки, на которые переориентировалась Россия. С другой, эффективность стала ниже, потому что замещать импорт приходится не лучшей или оптимальной альтернативой, а тем, что удается купить.

Возвращаясь к изменениям в структуре мировой экономики, нужно сказать, что и роль России в ней также изменилась. Например, на рынке сельхозпродукции за 40 лет она повернулась на 180 градусов. С середины нулевых Россия является одним из лидеров по экспорту зерна, кроме того, смогла нарастить долю по поставкам многих других сельхозпродуктов за рубеж, начиная с пшеницы. И это принципиальное различие с тем, что было в советское время. 

Катастрофы не будет

Если говорить о том, что ждет российскую экономику в 2023 году, то, как отмечает Антон Табах, мировая экономика замедляется и этот процесс продолжится в 2023 году. Развитые страны, скорее всего, покажут снижение ВВП, однако, подчеркивает эксперт, речь не идет о повторении кризиса 2008–2009 годов.

Дело в том, что нынешний мировой кризис не финансовый, внезапный, а классический, структурный. Это не 2008 год, когда регуляторам пришлось срочно придумывать какие-то меры по поддержке экономики. Сейчас центробанкам более-менее понятно, как себя вести. Кризис управляемый: замедление мировой экономики было запущено монетарными регуляторами. При этом тот же рынок труда находится в прекрасном состоянии. Например, в США уровень безработицы сейчас на исторически низких уровнях: в декабре 2022 года он был всего 3,5%.

Если говорить о банковской сфере, то из крупных мировых банков заваливается только один — швейцарский Credit Suisse, и то это происходит по его внутренним причинам. Для полноценного финансового кризиса один, даже крупный, покойник — это не покойник.

В целом, если говорить в медицинских терминах, то сравнивать кризис 2008 года с нынешним — это как сравнивать кому, полученную в результате сильной травмы, с медицинской комой, в которую пациента вводят медики.

Понятно, что вторая легче управляется и контролируется: центробанки повышают ставки, чтобы снизить уровень инфляции, что приводит к замедлению экономики. О крахе мировой экономики речи не идет: скорее, речь о том, чтобы «снять пенку» с рынка, отмечает Табах.

Что касается российской экономики, то, как подчеркивает эксперт, катастрофы ждать не надо. 

Вместо нее мы ждем сильную турбулентность. Экономика будет продолжать развиваться в тех условиях, которые сложились за 2022 год. Судя по всему, она явно не оправдает апокалиптические прогнозы, хотя определенное падение мы увидим, как раз потому, что все становится медленнее и дороже.

В целом не нужно думать, что трансформация российской экономики завершилась: она все еще идет, и в разных секторах это происходит по-разному. В каких-то секторах процесс будет быстрым и безболезненным и ограничится «сменой вывесок» уже знакомых брендов, а в каких-то это будет больно и неприятно.

При этом отдельную роль сыграет региональный фактор. Растущая господдержка бюджетных отраслей будет стимулировать экономику регионов. В отличие от них, бизнесу в крупных городах и регионах, «заточенных» на международную торговлю, придется переориентироваться и активно развивать новые проекты, исходя из сложившихся условий. То есть, условно говоря, рабочих мест, скорее всего, будет много, зарплаты, скорее всего, будут относительно высокие, но цены будут выше, и в итоге за трансформацию заплатят потребители и государство, то есть налогоплательщики.

Что касается курса рубля, то из-за санкций сейчас Центробанку сложнее сглаживать даже сильные колебания. Однако для того, чтобы российская валюта резко упала, нужны какие-то дополнительные факторы — резкое замедление мировой экономики или совсем уж лютые санкции со стороны тех, кто сейчас выступает партнерами России — тех же Турции и Китая. Пока такой сценарий выглядит маловероятным, поэтому рубль, скорее всего, по-прежнему будет колебаться, но останется относительно крепким.

Источник: Московские новости

Публикации по тематике


Эксперты рассказали о дальнейших изменениях монетарной политики ФРС

Прайм

Эксперты: ФРС может повысить ставку еще один-два раза по 0,25 пункта
02.02.2023

Инвесторы давно не реагируют на дебаты по поводу потолка госдолга США

Российская газета

Госдолг США продолжает расти и вплотную подошел к законодательно утвержденной верхней границе.
26.01.2023

Экономист назвал оптимальный вариант механизма расчетов для БРИКС

Прайм

Экономист Табах: БРИКС следует развивать "недолларовые" механизмы расчетов
24.01.2023

Инфляция в РФ весной временно опустится ниже 4%

Российская газета

Банк России и минэкономразвития прогнозируют кратковременное снижение инфляции весной ниже целевого уровня 4% из-за эффекта высокой базы - взлета цен в марте-апреле прошлого года. Глава государства Владимир Путин заявил, что слишком низкая инфляция может вызвать сбои в экономике.
22.01.2023

Вопреки учебникам

Московские новости

Пока эксперты предрекали возврат к пустым полкам и дефициту СССР, российская экономика активно адаптировалась к новым, шоковым условиям своего существования. «Московские новости» узнали у главного экономиста «Эксперт РА» Антона Табаха, эксперта по экономике и финансовым рынкам, почему пессимистичные прогнозы ЦБ и аналитиков не сбылись в 2022 году и чего ждать в 2023-м.
12.01.2023