Выполняется обработка данных, это может занять некоторое время.

По завершении, нажмите в любом месте экрана.

Зарегистрированные пользователи
имеют расширенный доступ
к материалам сайта

Зарегистрироваться
Требования регуляторов Проекты методологий Список всех рейтингов
Банки Финансовые компании Нефинансовые компании Холдинговые компании Проектные компании Факторинговые компании Лизинговые компании Регионы (муниципалитеты) Страховые компании (универсальные) Страховые компании (по страхованию жизни) Депозитарии НПФ (негосударственные пенсионные фонды) МФО (микрофинансовые организации) Гарантийные фонды Облигационные займы Структурированные финансовые продукты Долговые инструменты
Экспорт и выгрузка рейтингов
Управляющие компании СМО (страховые медицинские организации) Качество (корпоративного) управления Качество систем риск-менеджмента Качество управления закупочной деятельностью Ипотечные сертификаты участия Регионы России
Рейтинги под наблюдением
Календарь начала сбора анкет и публикации Список всех рэнкингов
Контакты
Рейтинговое агентство «Эксперт РА»

Секретариат
Марьям Газиева
тел: (495) 225-34-44 (доб. 1610)
e-mail: referent@raexpert.ru

PR служба
Сергей Михеев
тел: (495) 225-34-44 (доб. 1650)
e-mail: mikheev@raexpert.ru

Отдел клиентских отношений
Ерофеев Роман
тел: (495) 225-34-44 (доб. 1656)
e-mail: sale@raexpert.ru

Контакты
«РАЭКС-Аналитика»

Екатерина Свищева
(по вопросам информационного сотрудничества и аккредитации СМИ)
тел: (495) 617-07-77 (доб. 1640)
e-mail: svishcheva@raex-a.ru

Яндиева Мариам
(по вопросам участия в проектах
РАЭКС-Аналитика)
тел: (495) 617-07-77 (доб. 1896)
e-mail: yandieva@raex-a.ru

RAEX (Эксперт РА) – крупнейшее в России рейтинговое агентство c 20-летней историей. RAEX (Эксперт РА) является лидером в области рейтингования, а также исследовательско-коммуникационной деятельности.

RAEX (Эксперт РА) включено в реестр кредитных рейтинговых агентств Банка России.

На сегодняшний день агентством присвоено более 700 индивидуальных рейтингов. Это 1-е место и около 42% от общего числа присвоенных рейтингов в России, 1-е место по числу рейтингов банков, страховых и лизинговых компаний, НПФ, микрофинансовых организаций, гарантийных фондов и компаний нефинансового сектора.

Рейтинги RAEX (Эксперт РА) входят в список официальных требований к банкам, страховщикам, пенсионным фондам, эмитентам. Рейтинги агентства используются Центральным банком России, Внешэкономбанком России, Московской биржей, Агентством по ипотечному жилищному кредитованию, Агентством по страхованию вкладов, профессиональными ассоциациями и саморегулируемыми организациями (ВСС, ассоциацией «Россия», Агентством стратегических инициатив, РСА, НАПФ, НЛУ, НСГ, НФА), а также сотнями компаний и органов власти при проведении конкурсов и тендеров.»


 

Константин Соколов, заместитель генерального директора ОСАО "Ингосстрах"

О современном состоянии инвестиционной политики страховых компаний, проблемных точках и перспективах развития управления активами в страховании мы беседуем с заместителем генерального директора ОСАО "Ингосстрах" Константином Соколовым

Константин Борисович, каковы основные принципы инвестиционной политики, которым должна следовать страховая компания?

Существует несколько требований к активам страховых компаний. Первое требование — это сохранность активов и возвратность инвестиций, поскольку эти активы обеспечивают страховые резервы. Второе — это ликвидность, т.е. страховая компания в любой момент времени должна иметь в наличии средства, необходимые для выплат страхователям. Третье требование — это, естественно, прибыльность вложений. И, конечно, не стоит забывать про диверсификацию портфеля, важнейший компонент системы управления риском и управление открытой валютной позицией, т.е. хеджированием валютного риска.

Наверное, для страховой компании особенно важно найти баланс между доходностью и надежностью...

Да, как правило, страховые компании придерживаются умеренной стратегии, которая в первую очередь направлена на сохранение страховых резервов. Конечно, доходность — важный фактор, но самое главное — это сохранность резервов. Поэтому у страховых компаний во всем мире высока доля надежных вложений, хотя структура инвестиций и варьируется от страны к стране. Например, американские страховщики, как правило, более агрессивны с точки зрения инвестиционной политики, чем их европейские коллеги: в портфеле у них до 70% составляют акции компаний. В Западной Европе ситуация другая: у европейских страховщиков примерно 70% — это инструменты с фиксированной доходностью, а 30% — соответственно, вложения в акции.

В России, как и во всех странах, существуют законодательные ограничения на структуру активов. То есть уже на уровне закона определена максимальная доля конкретных активов в инвестиционном портфеле страховой компании. Допустим, если мы говорим о федеральных государственных ценных бумагах, то их доля в портфеле может достигать 100%, поскольку кредитный риск по этим бумагам определен суверенным рейтингом страны. А что касается, к примеру, акций — то это не более 15% портфеля и обязательное наличие либо международного рейтинга на уровне BB-, либо листинга в котировальном списке А1. Почему? Потому что такие требования к структуре активов позволяют должным образом обеспечить надежность и ликвидность инвестиций, приемлемую диверсификацию портфеля.

Как Вы считаете, насколько для российского страхового рынка был необходим "сотый приказ"?

Безусловно, необходим! Посредством этого приказа государство законодательным образом ограничивает страховые компании в выборе активов, которые приобретаются за счет страховых резервов. Тем самым исключается возможность возникновения ситуации, при которой страхователь не может получить страховое возмещение в том объеме, на который он вправе рассчитывать. Причем здесь важна не только надежность активов, но и их ликвидность. Т.е. в любое время в страховой организации должны быть в наличии ликвидные средства или же активы, которые можно без труда обратить в те же в ликвидные средства. Можно, скажем, все активы инвестировать в недвижимость. Мы знаем, что недвижимость, в принципе, — актив достаточно хороший, но реализовать его в течение короткого промежутка времени практически невозможно. Поэтому и состав активов определен на основании тех данных, которые накопились в страховой отрасли за много лет: существует пропорция между активами, которые мы считаем ликвидными на коротком отрезке времени, то есть месяц, два, три. Активы, у которых в принципе не существует определения срока жизни, как у инвестиций в недвижимость, мы классифицируем как вложения, дюрация которых больше 5 лет.

Константин Борисович, если бы Вы могли внести изменения в эти требования, Вы стали бы что-нибудь в них менять?

В течение последнего года страховое сообщество активно работало над предложениями по внесению изменений в приказы 100 и 149. Мы надеемся, что изменения будут касаться нескольких моментов. В первую очередь, после выхода этих приказов образовалась некая математическая дыра, связанная с дебиторской задолженностью. Всем известно, что мы продаем наши полисы в рассрочку. Так вот, 100-й приказ ограничивал дебиторскую задолженность как актив, который можно поставить в соответствие страховым резервам, к получению до 90 дней. Соответственно, этот актив уже не принимался в покрытие, а в 149-м приказе было написано, что дебиторская задолженность не принимается вообще. Таким образом, образуется некое "математическое несоответствие", то есть актив, который не принимается в покрытие. Хотя дебиторская задолженность, с нашей точки зрения, является вполне адекватным активом.

Мы надеемся, что в изменениях к 100-му приказу непросроченная дебиторская задолженность будет приниматься в покрытие страховых резервов. Это, с моей точки зрения, в принципе является отражением действительности, потому что полис продается в рассрочку. Государственные предприятия тоже платят в рассрочку. Бюджетные деньги также обычно приходят не одним траншем. Собственно говоря, основная проблема, связанная с новыми нормативами, будет устранена в ближайшее время.

Еще одна проблема связана с требованиями к ценным бумагам и банкам, в которых мы размещаем свои средства.

Вы имеете в виду требования по рейтингам?

Да, к рейтингам, которые должны быть не ниже двух пунктов от суверенного рейтинга. И там тоже возникает интересная вещь: сегодняшний рейтинг у России, предположим, был ВВВ-, соответственно, отсчитываем две "ступеньки" вниз — и мы можем инвестировать в ВВ.

А потом рейтинг страны внезапно повышается...

Вот именно! Внезапно получается, что половина наших инвестиций уже не соответствуют нормативам. При этом совершенно непонятно, что делать! Расторгать депозиты? Расторжение депозитов приводит к тому, что теряется доходность, либо надо заключать депозиты, имея в виду расторжение. Но банк говорит: "Нет, господа, в таком случае, если вы размещаете на 3 месяца, тогда и ставка у вас будет трехмесячная, а не годовая или двухлетняя". В данный момент есть предложение, хотя пока еще приказ не изменен, что просто будет зафиксирован минимальный уровень ВВ-, и все. И этот уровень не будет непосредственно привязан к движению суверенного рейтинга России. Хотя в будущем, если он будет повышаться, вполне возможно, что в приказ просто внесут изменения.

А как обстоят дела с приказом по размещению собственных средств? Существуют различные прогнозы на тему того, что после введения в действие этого приказа несколько сотен компаний покинут рынок. Насколько подобные прогнозы обоснованны?

В принципе, такие суждения вполне обоснованны. Компании, у которых капитал не обеспечен должными активами, рынок, скорее всего, покинут, потому что им будет достаточно сложно справиться с новыми нормативами. Тем страховщикам, у которых собственный капитал обеспечен реальными активами, на мой взгляд, ничего не угрожает.

Смысл регулировать собственные средства, безусловно, есть. Но, с другой стороны, когда мы внимательно анализировали 149-ый приказ, то обнаружили, что только четыре страны в мире применяют регулирование собственных средств. Это Норвегия, Исландия, Япония и Турция. Достаточно известный факт, что даже в Европе еще существуют double leverage. Поэтому даже в таких странах, как Италия и ряде других, разрабатываются специфические требования по раскрытию информации к финансовым холдингам. Но тем не менее в Европе прямых ограничений на собственные средства не существует.

В нашем случае мы говорим непосредственно о прямом регулировании собственных средств. Если смотреть с точки зрения страховой компании, то они делятся на две части: собственные средства в пределах маржи платежеспособности и собственные средства свыше маржи платежеспособности. На мой взгляд, маржа платежеспособности как раз определяет требование к рисковому капиталу, а он рассматривается как гарантия исполнения обязательств страховщика перед страхователем лишь в крайнем случае. В обычном режиме работы обязательства по страховым договорам должны быть обеспечены страховыми резервами. Здесь возникает вопрос: "А зачем регулировать то, что у нас находится сверх норматива?" Наличие столь жестких ограничений может привести к потере конкурентоспособности и ослабить финансовую устойчивость страховых компаний, так как ограничения на вложения собственного капитала могут привести к снижению стимулов поддерживать уровень капитала выше минимального.

Получается, что либо норматив неправильный, либо не нужно регулировать?

Во-первых, акционер вправе выплатить себе часть, которая у компании находится сверх маржи платежеспособности, в виде дивидендов и инвестировать на свое усмотрение. Если он имеет право на это, зачем тогда регулировать?!

Во-вторых, существует доля перестраховщиков в резервах. Что здесь интересного в плане применения нормативов? Есть ограничения: либо российский перестраховщик, который имеет лицензию на осуществление страховой деятельности, либо западный, но с рейтингом не ниже определенного. А есть, например, компании из бывшего СССР и Восточной Европы, у которых соответствующих западных рейтингов еще нет, как и практически у всех российских компаний. Мы от них получаем входящее перестрахование, а взаимностью ответить не можем. Риск такого сотрудничества можно было отнести на собственные средства свыше маржи платежеспособности, т.е. на акционера.

В-третьих, всегда будет существовать просроченная дебиторская задолженность, но небезнадежная, которая возникает в результате процесса обработки платежей страхователей и агентов, т.е. техническая, а также будет возникать задолженность из-за тривиальных просрочек платежей, допущенных по забывчивости физическими лицами, или по другим причинам, например, выделение бюджетных средств для государственных организаций. Эта просроченная, но небезнадежная дебиторская задолженность как раз может учитываться против того капитала, который акционер держит в компании свыше норматива, без ущерба для финансовой устойчивости компании.

Давайте оставим в стороне вопросы нормативов. Интересно узнать, какой уровень доходности инвестиций для страховых компаний Вы считаете нормальным сейчас на российском рынке? К чему нужно стремиться?

Мы стараемся придерживаться более консервативного подхода, чем у западных компаний. Наш подход — это 70 на 30%. 70% у нас размещено в депозитах, 30% мы размещаем в инструменты фондового рынка — акции и облигации. Если бы мы примерно понимали, какой у нас будет рост рынка, то можно было бы спрогнозировать и доходность. Предположим, что прирост портфеля небанковских инструментов в среднем по году составит порядка 20%, а средняя доходность размещения в банках будет на уровне 7,5% годовых с учетом того, что существуют банки с низкими ставками — государственные, существуют коммерческие банки с более высокими ставками и т. д. Я считаю, что доходность в целом по портфелю должна быть в районе 9-12%.

То есть на уровне инфляции...

Да, чуть больше инфляции.

У нас на страховом рынке довольно широко практикуется размещение средств в банках в обмен на возможность страховать клиентов банков, риски самих банков и так далее. Как Вы считаете, правильно так строить работу с инвестициями?

Здесь просто необходимо просчитывать две составляющие: сам бизнес (его доходность) и ставки по депозитам. Размещение депозитов на условиях хуже рыночных я считаю абсолютно неприемлемым. И в любом случае перед размещением депозитов банк должен пройти кредитную оценку. У нас существует специальная процедура, согласно которой каждый банк проходит кредитный комитет. На основании специальных методик анализируется финансовое состояние банка, его деловая репутация — в этом участвует и служба безопасности. После этого делается заключение, можем ли мы сотрудничать с этим банком, и если да, то какой максимальный размер депозита мы можем в нем разместить. На основании этих данных кредитный комитет принимает решение об установлении лимита размещения на банк.

Константин Борисович, насколько нынешнее состояние финансовых рынков России соответствует потребностям страховых компаний?

На сегодняшний момент оно не вполне соответствует нашим потребностям, поскольку ликвидность рынка у нас очень сильно зависит от крупных игроков. Рынок сам по себе у нас достаточно "узкий", и выход какого-нибудь глобального игрока может его достаточно сильно пошатнуть.

Многие страховщики высказывают мнение, что наш фондовый рынок, финансовая система в целом настолько опережают в развитии страховые компании, что страховщики все время находятся на несколько шагов позади. Получается, страховым компаниям не стоит сетовать на недостатки финансового рынка?

С точки зрения законов регулирования рынка страховые компании, конечно, запаздывают. Дело в том, что банковский кризис спровоцировал достаточно серьезные меры со стороны государства, банки заставили делать многие вещи, которые они не делали до этого. А к страховым компаниям такие меры до последнего времени не применялись. И рынок был гораздо меньше, и уровень проникновения страховых компаний на рынок был низок, и вопросов к ним не возникало.

А вот для инвестиций рынок реально маленький. Страховые резервы постоянно растут...

Некуда вкладывать?

Да, некуда вкладывать. Давайте посмотрим, что у нас есть на рынке акций. Котировальный список А1 на ММВБ включает в себя всего 10 эмитентов. Еще несколько эмитентов из других котировальных листов имеют рейтинг BB- и выше. Это те акции, которые мы имеем право приобретать. Мы не имеем права вкладывать во второй эшелон. Исключение составляют только ПИФы, которые лимитируются 5% от наших резервов. Вот туда стоит вкладываться. ПИФ — достаточно прозрачный и хороший инструмент. Через него можно, соответственно, зарабатывать. Хотя на сегодняшний момент по законодательству четко не понятно, должен ли ПИФ соответствовать общим нормативным требованиям или нет.

Сама структура ПИФа?

Да, должна ли сама структура ПИФа соответствовать 100-му и 149-му приказам, или все-таки ПИФ лимитируется законодательством, которое регулирует деятельность паевых фондов. Пока это непонятно, но вскоре будут разъяснения. Скорее всего, ситуация разрешится в пользу того, что ПИФ будет считаться просто отдельным типом активов. Т. е. покупается ПИФ, и его структура не раскрывается.

Насколько активно компаниям стоит работать с инструментами фондового рынка?

Как я уже говорил, мы считаем, что оптимальным соотношением является 70 на 30%. 70% — банковские инструменты, и до 30% может доходить доля фондовых инструментов. Но это не означает, что мы постоянно поддерживаем 30%. Когда мы видим, что рынок перегрет, что возможно падение, мы можем совершенно легко уходить, снижать нашу зависимость от фондового рынка.

Давайте затронем тему управления активами. Стоит ли страховщикам привлекать управляющие компании?

Есть большие страховые компании и есть маленькие. Для того чтобы хорошо управлять своими собственными активами, нужно привлекать профессиональных управляющих, обеспечивать аналитическую поддержку, выстраивать систему риск-менеджмента, создавать и поддерживать соответствующую информационную, торговую инфраструктуру, систему учета и отчетности. Все это стоит достаточно дорого. Для небольших компаний привлечение высокооплачиваемых специалистов (а мы знаем, что хорошие профессиональные управляющие на сегодняшний день — одни из самых дорогих специалистов) было бы накладно. Нужно иметь в управлении достаточно большой портфель, чтобы окупить стоимость управляющего. Поэтому для маленьких компаний моей рекомендацией будет использование аутсорсинга.

Страховщики, которые обладают достаточно большим объемом активов, поступают по-разному. Один пример — компания использует несколько управляющих компаний, передает им активы. А есть и другой пример. После кризиса 2001 года, когда рухнули башни-близнецы в Нью-Йорке, один из ведущих мировых страховщиков заявил, что гораздо меньше потерял от этого катастрофического убытка, чем от падения фондового рынка, которое за этим последовало. Вскоре он купил одну из управляющих компаний, куда и передал свои активы под управление.

Но ведь получается, что это тоже фактически управление внутри себя...

Да, вопрос не в том, есть ли у вас инвестиционный отдел или собственная управляющая компания. Нет абсолютно никакой разницы, где люди сидят: в вашей компании или за ее пределами. Вопрос в том, чужая это управляющая компания или своя.

У некоторых страховщиков существует своя управляющая компания, а некоторые используют достаточно широкий круг управляющих. У обоих вариантов есть свои достоинства и недостатки.

С одной стороны, иметь несколько управляющих лучше, чем иметь одного. Ведь что такое управление портфелем? Да, это лимиты, ограничения и инвестиционные аналитики. Но все же в конечном итоге это человек, который принимает решение о покупке того или иного актива. Здесь вы уже становитесь заложником вашей команды управляющих. Правильно ли они выбрали стратегию? Правильно ли они оценили рыночную ситуацию? В том случае, когда у вас 10 управляющих компаний, понятно, что кто-то примет неправильное решение, кто-то — правильное, в результате риски нивелируются.

С другой стороны, имея свою собственную управляющую компанию, достаточно успешно работающую с вашими активами, у вас всегда есть возможность привлекать чужие деньги и управлять ими. И в этом случае вы уже достигаете синергии: стоимость содержания компании будет поделена на ваши средства и средства, привлеченные извне. Ваша управляющая компания может зарабатывать дополнительный инвестиционный доход. Например, компания "Альянс РОСНО" именно таким образом работает. У них, я считаю, был достаточно успешный проект, когда они открыли свою управляющую компанию, привлекли средства с рынка и ими успешно управляют.

Какими Вы видите основные тенденции развития инвестиционной политики, к чему движется рынок, к чему придет в итоге?

Думаю, в конечном итоге рынок так или иначе придет примерно к тем же самым инструментам и пропорциям, что и западные компании. Я говорю о достаточно отдаленной перспективе, десять-пятнадцать лет. На сегодняшний момент в России и страховой бизнес, и инвестиционный бизнес находятся в фазе развития. Далее, скорее всего, нашим страховым компаниям потребуется дополнительный капитал (IPO, субординированные займы). К компаниям, которые выходят на IPO или выпускают долговые инструменты, предъявляются определенные требования, которым они должны соответствовать, степень риска, который они могут на себя взять. Так или иначе эволюционный процесс идет, и требования инвесторов, вкладывающих деньги в российские компании, приведут их к тому же самому состоянию, в каком страховые компании находятся сейчас на западном рынке.

Кроме того, появится ряд инструментов, которых у нас сейчас не существует. Это, например, деривативы, привязанные к стоимости драгоценных металлов, сырьевых товаров, к динамике фондовых индексов, доходностям "лучший-худший на рынке" и так далее. Инструменты эти надежны, потому что их выпускают банки с рейтингами от А- до ААА. Они гарантируют возвратность инвестированных средств и дают доходность чуть выше среднего, поэтому иностранные страховые компании их очень охотно покупают.

Другая возможность — это инвестиции в недвижимость. На сегодняшний момент невозможно участвовать каким-либо образом в долевом строительстве. Либо это у вас находится на балансе, либо это жилищный сертификат, но я, честно говоря, ни разу их не видел. Такой инструмент числится в 100-м приказе, но реально его нет. Если на сегодняшний день страховые компании и работают на рынке недвижимости, то их участие ограничено операциями со зданиями, которые числятся у них на балансе, или которые они строят.

Безусловно, нам нужно, чтобы на российском страховом рынке появилось IPO, стало больше ликвидных бумаг. Ведь мы сталкиваемся с тем, что некуда инвестировать. И, скорее всего, будем постепенно начинать работать с продуктами на западных рынках, потому что на данный момент законодательство дает нам право до 20% наших страховых резервов держать за рубежом. Пока зарубежных инвестиций практически нет, за исключением депозитов. Будем смотреть на инвестиционные инструменты на западных рынках.