Интервью с Генеральным директором PPF Страхование жизни С.В. Перелыгиным
Поделиться
Facebook Twitter VK


Сергей Викторович, расскажите, пожалуйста, о ключевых тенденциях на рынке страхования жизни в 2012-2013 годах.

Эти годы стали знаковыми для нашей отрасли. Прежде всего, потому, что государство обратило пристальное внимание на рынок страхования жизни, выбрав этот сегмент в качестве одного из ключевых инструментов стабилизации и развития экономики. Мы начали активную дискуссию, совместно вырабатывая емкие и эффективные решения в рамках стратегии по развитию рынка. Если говорить о конкретных событиях, то стоит отметить создание мегарегулятора, состоявшийся переход на МСФО, введение спецдепозитария, старт проекта по сертификации агентов. Все это уже оказывает влияние на объем и качество российского рынка страхования и, что еще более важно – на уровень доверия клиентов к страховщикам.

Темпы прироста взносов по страхованию жизни в 2012 году практически не изменились по сравнению с 2011 годом и составили 55,1%. Какой Ваш прогноз темпов прироста взносов по страхованию жизни в 2013-2015 годах?

Исходя из текущей ситуации, мы ожидаем сохранение темпов роста на уровне прошлого года по итогам 2013 года. В последующие два года рост рынка будет постепенно снижаться. Но наши ожидания могут быть скорректированы: дальнейшее изменение законодательства, например, включение страховщиков жизни в пенсионную систему, введение равного налогового режима для страховых компаний и НПФ позволит увеличить темп роста и сохранить высокий уровень на последующие годы.

Продаются ли продукты страхования жизни, не являющиеся кредитными, через банковский канал продаж? Какова их доля в 2012-2013 годах? Изменится ли она в ближайшие 5 лет?

Наиболее востребованы инвестиционно-страховые продукты, накопительные программы по страхованию жизни, кобрендиноговые продукты банков и страховщиков, например, «страховой депозит». Оценочно, доля продуктов этого класса занимает около 10%. С учетом того, что сегмент кредитного страхования практически достиг границ насыщения, мы ожидаем увеличения доли некредитного страхования в структуре банковского канала продаж. По нашему опыту, продукты подобного класса включается преимущественно в линейку премиального банкинга. Это позволяет банкам увеличивать портфель клиентов за счет диверсификации продуктовой линейки и гибкого реагирования на изменения экономической ситуации.

Как Вы думаете, какие некредитные продукты по страхованию жизни наиболее перспективны? Что должны делать страховщики для их развития?

В России со столь низким уровнем проникновения страхования, перспективны практически все продукты. Отдельно можно отметить инвестиционно-страховые программы. Например, доля unit-linked в Венгрии по итогам 2012 года составляла 64%, в Польше – 38%, у нас – около 8% (речь идет о модификации классического unit-linked, разрешенной в России). Кроме того, розничное страхование жизни, которое не связано со страхованием заемщиков, также набирает обороты, и будет одним из драйверов развития регионального страхования жизни. Если обратиться к зарубежному опыту, то можно найти подтверждение значимости розницы. Так, среди европейских страховых рынков присутствуют как те, где доля банковского канала продаж физическим лицам высока (более 80% в Португалии и Италии), так и те, где продажи осуществляются через финансовых консультантов (банковский канал около 10% в Словении, Великобритании, Нидерландах). Дальнейшие законодательные изменения позволят повысить востребованность некредитного страхования жизни.

По Вашим оценкам, какова доля взносов, получаемая страховщиками жизни через банковский канал продаж в 2012-2013 годах? Как изменится эта доля в 2013-2015 годах?

Доля премий через банковский канал в 2012 году составила около 65%. Сегодня можно говорить о том, что рост этого канала замедляется. Мы ожидаем достижения банковским каналом доли на уровне 75% к концу 2015 года с последующим ее снижением. При этом важно помнить, что прогнозы могут быть скорректированы с учетом возможного влияния на структуру рынка будущих законодательных изменений, которые сейчас активно обсуждаются.

Как Вы относитесь к введению спецдепозитарного учета для страховщиков жизни?

Институт спецдепозитария как дополнительный инструмент контроля, безусловно, полезен и важен для всего рынка. Он позволит более точно и, главное, своевременно оценивать качество активов страховой компании, что станет дополнительным гарантом выполнения обязательств перед клиентами. Но до того как спецдепозитарий станет обязательным элементом отчетности страховщиков, необходимо крайне внимательно обсудить все особенности и нюансы: банковский и страховой сегменты при всей схожести все-таки обладают своими отличительными особенностями. Поэтому для того, чтобы спецдепозитай стал по-настоящему полезным инструментом, нам, правительству, регулятору и страховщикам предстоит проделать еще много работы.

Отдельно хочу отметить, что мы вошли в состав пилотного проекта по тестированию работы спецдепозитария. И, начиная с июня 2013 года, каждые две недели предоставляем отчет о состоянии активов в ФСФР, теперь в ЦБ.

Как Вы считаете, нужны ли специальные требования к риск-менеджменту страховых компаний, занимающихся страхованием жизни? Если да, то должны ли они быть официально сформулированы на уровне регулятора или СРО?

Существуют международные стандарты риск-менеджмента, которые предписывают общие принципы. Тем не менее, каждая компания, внедряя систему риск-менеджмента, устанавливает собственные правила и подходы. Жестко определенных критериев здесь нет и, возможно, быть не может. Однако в связи с тем, что это направление является относительно новым для российского рынка, то было бы полезно совместно с регулятором обеспечить качественную методологическую поддержку с привлечением международного опыта: создать рабочие группы, организовать проведение тематических семинаров и т.д.

В какие сроки, по Вашему мнению, реализация мер по развитию рынка страхования жизни, прописанных в "Стратегии развития страховой деятельности в РФ до 2020 года", отразится на объеме рынка страхования жизни?

Я бы говорил о сроке в 2-3 года после принятия соответствующих изменений.

Насколько реалистичен, на Ваш взгляд, целевой показатель объема рынка страхования жизни в размере 545 млрд. рублей к 2020 г., прописанный в Стратегии?

В случае принятия законодательных изменений и сохранения стабильной экономической ситуации в стране – цель реальная. Для достижения заявленного показателя необходимо показывать среднегодовой темп роста рынка на уровне 34%, что является вполне достижимым.

Спасибо большое за интервью, Сергей Викторович!