Зарегистрированные пользователи
имеют расширенный доступ
к материалам сайта

Зарегистрироваться
Требования регуляторов Проекты методологий Список всех рейтингов
Банки Финансовые компании Нефинансовые компании Холдинговые компании Проектные компании Факторинговые компании Лизинговые компании Регионы (муниципалитеты) Страховые компании (универсальные) Страховые компании (по страхованию жизни) Инвестиционные компании Депозитарии НПФ (негосударственные пенсионные фонды) МФО (микрофинансовые организации) Гарантийные фонды Облигационные займы Структурированные финансовые продукты Долговые инструменты Управляющие компании СМО (страховые медицинские организации) Агенты по сопровождению ипотечных закладных Качество (корпоративного) управления Качество систем риск-менеджмента Привлекательность работодателей Качество услуг ЛПУ Эффективность управления ПИФами Качество управления закупочной деятельностью в компаниях с государственным участием Кредитный климат стран и территорий Ипотечные сертификаты участия Регионы России
Рейтинги под наблюдением
Календарь начала сбора анкет и публикации Список всех рэнкингов
Контакты
Рейтинговое агентство RAEX («Эксперт РА»)
Адрес: Бумажный проезд, 14, стр. 1
Общие вопросы: info@raexpert.ru

Секретариат
Марьям Газиева
тел: (495) 225-34-44, 617-07-77 (доб. 1610)
e-mail: referent@raexpert.ru

PR служба
Сергей Михеев
(по запросам СМИ и общим вопросам работы PR-службы)
тел: (495) 225-34-44, 617-07-77 (доб. 1650)
факс: (495) 225-34-44
e-mail: mikheev@raexpert.ru

Екатерина Свищева
(по вопросам информационного сотрудничества и аккредитации СМИ)
тел: (495) 225-34-44, 617-07-77 (доб. 1640)
факс: (495) 225-34-44
e-mail: pr@raexpert.ru

Отдел клиентских отношений
Ерофеев Роман
тел: (495) 225-34-44, 617-07-77 (доб. 1656)
факс: (495) 225-34-44
e-mail: sale@raexpert.ru

По вопросам участия в проектах
РАЭКС-Аналитика
Яндиева Мариам
тел: (495) 225-34-44, 617-07-77 (доб. 1896)
факс: (495) 225-34-44
e-mail: yandieva@raexpert.ru

«RAEX (Эксперт РА) – крупнейшее в России рейтинговое агентство c 20-летней историей. RAEX (Эксперт РА) является лидером в области рейтингования, а также исследовательско-коммуникационной деятельности.

RAEX (Эксперт РА) включено в реестр кредитных рейтинговых агентств Банка России.

На сегодняшний день агентством присвоено более 700 индивидуальных рейтингов. Это 1-е место и около 42% от общего числа присвоенных рейтингов в России, 1-е место по числу рейтингов банков, страховых и лизинговых компаний, НПФ, микрофинансовых организаций, гарантийных фондов и компаний нефинансового сектора.

Рейтинги RAEX (Эксперт РА) входят в список официальных требований к банкам, страховщикам, пенсионным фондам, эмитентам. Рейтинги агентства используются Центральным банком России, Внешэкономбанком России, Московской биржей, Агентством по ипотечному жилищному кредитованию, Агентством по страхованию вкладов, профессиональными ассоциациями и саморегулируемыми организациями (ВСС, ассоциацией «Россия», Агентством стратегических инициатив, РСА, НАПФ, НЛУ, НСГ, НФА), а также сотнями компаний и органов власти при проведении конкурсов и тендеров.»


 
 

Страхование жизни

 


КАРТА ПРОЕКТА
Страхование жизни

Интервью с президентом страховой компании «МетЛайф Алико» (группа MetLife) А. М. Зарецким

– Александр Михайлович, расскажите, пожалуйста, какие события вы считаете ключевыми на рынке страхования жизни в 2012–2013 годах?

– Ключевое событие – завершение работы над стратегией Министерства финансов по развитию рынка страхования до 2020 года. В этом документе значительная часть задач и инициатив касается страхования жизни.

Многие из них взяты из стратегии Ассоциации страховщиков жизни, которую мы подготовили в 2012 году. Очень приятно, что основные положения – налоговые льготы, отчасти сфера пенсионной системы и unit-linked нашли свое отражение в стратегии Минфина.

Самое главное то, что все это закреплено не только в тексте стратегии Минфина, но и в целевых показателях, на которые планируется вывести страхование жизни. А это не менее 500 млрд рублей к 2020 году. Кроме того, все отражено в дорожной карте, которая является приложением к стратегии. Там указано, как будут вводиться налоговые льготы. Разработаны изменения в законодательство для продуктов unit-linked, учтены интересы страховых компаний в пенсионной системе.

В стратегии Ассоциации страховщиков жизни мы определили консервативный и оптимистичный сценарии развития рынка: по оптимистичному сценарию мы должны выйти к 2020 году по сбору премий на 1 трлн рублей, по консервативному сценарию – на 200 млрд рублей. Минфин дает сценарий на 500 млрд, это средний сценарий.

– Какой прирост взносов за 2013 год вы прогнозируете?

– Прогноз на 2013 год, учитывая, что кредитование пока продолжает расти, – 50-55%. Я ожидаю со временем, что темпы роста должны стабилизироваться на более низком уровне, если, конечно, не будет новых стимулов.

– На ваш взгляд, благодаря каким стимулам можно сохранить столь высокие темпы прироста взносов?

– Во-первых, с помощью стимулирующих мер правительства. Они прописаны в дорожной карте, но их еще нужно реализовать. Во-вторых, конечно, макроэкономика в сочетании с состоянием кредитного рынка сильно влияют на темпы прироста взносов. Оптимистичный сценарий рассчитан с учетом того, что стимулирующие меры будут реализованы в 2013 году. Но сейчас очевидно, что они откладываются до 2014–2015 годов. И поэтому прогноз Минфина оказывается наиболее реалистичным. Макроэкономика и инфляция влияют очень сильно. Особенно важно это в долгосрочном страховании жизни. Чем выше инфляция, тем сложнее развивается это направление.

– Каков ваш прогноз на 2014–2015 годы?

– Я ожидаю рост взносов на 20-30% за счет того, что кредитный рынок не упадет полностью. И я думаю, что все-таки будут стимулирующие меры.

– Каким образом меры из стратегии Минфина отразятся на рынке?

– Стратегию Минфина часто подвергают критике. Например, вводимые налоговые льготы для физических лиц не такие большие, поэтому нельзя ожидать, что люди услышат эту новость и сразу же придут страховаться. Я считаю, что это повлияет на каждого пятого. Критики стратегии также часто приводят аргумент про доходность. У нас доходность 7%. Это низкая доходность при инфляции в 6-7%. А продукты unit-linked говорят о том, что можно через нас инвестировать в более рискованные активы. Это позволяет предложить более широкий спектр продуктов клиенту, что повлияет на развитие дистрибуции и приведет к тому, что наша работа будет лучше. Но в ближайшие 2-3 года динамика рынка все равно будет определяться кредитным страхованием.

– Следующий вопрос затрагивает банковский канал продаж: какие продукты, кроме кредитного страхования жизни, сейчас наиболее успешно через него продаются? Каковы их доли?

– Если говорить о страховании жизни, то через банки продается накопительное и инвестиционное страхование. Думаю, что в этом году доля этих продуктов составит около 10%. В основном это инвестиционное страхование. По законодательству это полисы с единовременным взносом, невозобновляемый бизнес. Это более рискованный продукт для страховщиков, потому что он подразумевает более рискованные страховые стратегии, которые в случае падения фондовых рынков могут серьезно затронуть финансовые показатели страховых компаний.

– Сохранится ли в ближайшее время в стратегиях страховщиков фокус на банковском канале продаж как приносящем наибольший объем премий?

– Стратегия нашей компании в том, что мы вкладываемся в банковское страхование, потому что здесь можно получить достаточно хорошую и быструю отдачу, но мы развиваем и другие направления, чтобы быть диверсифицированными.

Агентская сеть, корпоративное страхование и прямой маркетинг – это три канала, которые мы усиленно развиваем. До 2016 года они должны расти более высокими темпами, чем банковское страхование.

– А какой процент премий, по вашим оценкам, приходится на другие каналы продаж?

– Агентский и брокерский каналы в прошлом году составляли треть от всего сбора премий. Если брать только новые продажи, то это около 15-20%. То же самое касается рынка в целом.

На рынке осталось немного компаний, которые продолжают инвестировать и развивать свои агентские сети. Из 45 компаний на рынке страхования жизни только 5-6 компаний этим активно занимаются.

– По вашим расчетам, сколько составляет доля НС?

– Что вы называете НС? Мы называем НС кредитное страхование жизни. Но нельзя это называть НС. Страхование жизни – когда человек стал инвалидом или умер, а страховая компания выплачивает страховку. И это классическое страхование жизни. У нас оно привязано к кредиту. То, что мы называем его НС, от нашей безграмотности и потому что многие компании пишут это под лицензией НС, чтобы не создавать компании по страхованию жизни или по иным финансовым причинам. Поэтому я ориентируюсь на показатели премий по страхованию жизни, которые есть сейчас в отчетности ЦБ. Если в прошлом году собрали 53 млрд, из которых 7 или 8% – доля инвестиционного страхования, то в этом году будет собрано порядка 75 млрд, из которых 10%, я ожидаю, будет приходиться на инвестиционное страхование.

– Какие перспективы развития инвестиционного страхования в ближайшие годы?

– Оно будет развиваться, но особенно быстро тогда, когда мы сможем пользоваться стандартом по инвестиционному страхованию. В стратегии правительства написано, что это произойдет к 2015 году. По рынкам Восточной и Западной Европы доля продукта более 50%. Поэтому я считаю, что у нас большой потенциал для роста.

– Как вы думаете, какие еще продукты страхования жизни являются перспективными?

– На мой взгляд, перспективными являются те продукты, которые мы продаем через свою агентскую сеть. Это детское и пенсионное страхование, страхование на случай возникновения заболеваний. Почему это перспективно? У людей есть потребность в таких продуктах. А банк – большая дистрибуция. Но пока банки не заинтересованы в продаже этих продуктов по одной причине – такие продукты продавать сложнее. И пока есть «кредитка», которую продавать гораздо легче и которая дает банкам огромный доход, у них интереса нет. Но как только «кредитка» начнет падать, банки проснутся. Рынок страхования жизни больше зависит от дистрибуции, чем от клиента.

– Что страховщики могут предпринять для распространения этих продуктов? Может быть, объяснять банкам их особенности?

– Да, мы этим и занимаемся, говорим, что банки должны диверсифицироваться. Многие уже это понимают. Какая сейчас у большинства банков ситуация? У них маржа по кредитам снижается, темпы кредитования падают, прибыль от кредитования уменьшается. Какие остаются способы увеличить прибыль? Увеличение клиентской базы и зарабатывание на обслуживании. Доля прибыли от страхования достаточно большая – от 20 до 40%, и если и она, и основная доля кредитования падают, то получается двойной эффект. У нас же есть огромные клиентские базы, у банков – дистрибуция филиалов. Мы предлагаем загружать их другим продуктом.

– Перейдем к вопросу о комиссиях банка. Зависят ли они от продуктов страхования жизни?

– Размер комиссий зависит и от продукта, и от способа дистрибуции. То, что мы называем пакетированными продуктами (например, страхование кредитной карточки от мошенничества), идущими в довесок к основной программе, стоит недорого. И банк может удержать комиссию. По таким продуктам комиссия уже не ниже 50%.

Если говорить о тех продуктах, которые продаются другими способами (программы от НС, которые мы продаем через телемаркетинг, накопительные и другие программы), то общий объем комиссий, поделенный на общую премию, – 6-7%. Комиссия по полисам страхования от НС, продающимся через телемаркетинг, – от 25%, в редких случаях – 50%. Это страхование, в котором обычно покупатель добровольно выбирает услугу.

Если говорить о продажах накопительного страхования в отделениях, то у нас есть поддержка «полевых» коучеров, которые помогают работать с банковскими сотрудниками.

– Есть ли какие-то предпосылки для уменьшения размера комиссии по этим продуктам?

– Пока клиент готов платить столько, сколько он сейчас платит, это будет продолжаться. Размер комиссий зависит от уровня финансовой грамотности и конкуренции.

Пока тенденции сокращения комиссий я не вижу. Рынок продолжает расти быстрыми темпами, что говорит о том, что люди готовы ради кредитования идти на все условия банков. В следующем году, может быть, все изменится.

– Как вы относитесь к введению института спецдепозитариев?

– Что касается спецдепозитариев, то это пока не очень понятный для нас институт. На рынке всего существует 4-5 независимых рыночных спецдепозитариев. Вызывает опасение надежность спецдепозитария. Что будет, если риски реализовались, страховая компания понесла потери? Кто их будет покрывать? Это сразу упирается в то, какие активы и финансовые обязательства нужно брать на себя спецдепозитариям. Готовы ли спецдепозитарии нести ответственность в таком масштабе?

Существует и вторая проблема. Когда на рынке несколько игроков, всегда есть возможность договориться и повысить тарифы. Мы сейчас работаем с обычными депозитариями и платим 0,5% от тех активов, которые помещаем. По нашим оценкам, в спецдепозитарии сумма может увеличиться в 2-3 раза. Если вы возьмете 1% от активов в 20 млрд, то это будет 200 млн дополнительных расходов. Для нас это существенно. Плюс опасность того, что возможен монопольный сговор, в результате мы получим неадекватную цену.

Задача нашего сообщества – проследить, чтобы цены были адекватны услугам и ответственности, которую несут спецдепозитарии.

– Значит, следует установить максимальную сумму?

– Это коммерческие организации, у них задача – как можно больше заработать, поэтому должен быть какой-то сдерживающий фактор в лице регулирования ЦБ.

– Еще важный вопрос: как они будут учитывать активы? Этот волнует страховщиков?

– Учет и контроль за соответствием активов резервам со стороны спецдепозитариев мне представляются невозможными, потому что среди активов есть те, которые спецдепозитарий не понимает (активы, находящиеся на балансе у перестраховщиков).

У нас есть задача – вместе с представителями спецдепозитариев и регулятором понять, как это все будет работать. Могут ли они оценивать соответствие активов обязательствам и хотят ли это делать? И хочет ли регулятор, чтобы они это делали? Если да, то надо выяснить, как часто. В банке это происходит на ежедневной основе.

– Как вы считаете, нужны ли специальные требования к риск-менеджменту страховых компаний, занимающихся страхованием жизни?

– Риск-менеджмент должен быть. У нас в компании есть риск-комитет, мы составили карту рисков, куда включили и рыночные, и портфельные, и операционные риски. Страховая компания должна оценивать эти риски и устанавливать параметры. Какие-то требования со стороны регуляторов необходимы, но они не должны быть избыточными, потому что это будет дополнительная финансовая нагрузка для страховщиков. Здесь нужно не переусердствовать. Но и мы должны быть адекватны. Бумаг не должно быть много. И нужна определенная работа, особенно в компаниях по страхованию жизни, потому что речь идет о долгосрочных обязательствах по отношению к клиентам. Если страховая компания не сможет выполнять свои обязательства, то это может кончиться плохо и для клиентов, и для всего рынка, и для государства.

– Спасибо большое за интервью, Александр Михайлович!